Сезонный концентрационный лагерь по заготовке торфа располагался в поселке Остер, на так называемом  острове «Великом» среди торфяных болот.    

Сюда были согнаны сотни военнопленных, мирных жителей, беженцев из соседних областей, женщин с детьми, стариков. Все трудоспособные работали на добыче и заготовке торфа для нужд  «великой Германии» в нечеловеческих условиях, под угрозой расстрела, постоянном голоде, побоях, издевательствах  немецких оккупантов.

«В одном из отдаленных концов лагеря вырыто своеобразное место погребения умерших и расстрелянных. Сюда сангруппа стаскивала тех, кого не успели вовремя сжечь - так писали в своей книге воспоминаний «Не забудьте о нас» бывшие малолетние узники  Александр Данилович Рябов и Иван Афанасьевич Чуханов. Уроженцы соседней, Брянской области, они детьми, вместе с матерями, содержались в этом лагере. Им удалось бежать из немецкого плена.

Годы спустя, в 2005 году, книга их воспоминаний вышла во Владимире, где проживал Александр Рябов. Эта книга – ценнейшее свидетельство о годах оккупационного режима в Рославле. Детская память авторов сохранила и воспроизвела мельчайшие подробности их пребывания в фашистских застенках. Текст изобилует именами рославльчан и жителей окрестных деревень, которые вместе с семьями Рябовых и Чухановых находились в Рославльской тюрьме, работали на заготовках торфа.

В 80-е годы прошлого столетия Александр Данилович и Иван Афанасьевич посетили Остер,  побывав и на «острове Великом».  «Мы осмотрелись. Узкоколейка. Тогда она доходила только до лагеря. Теперь ее продлили и она охватывает  огромное пространство с торфяными скирдами. Скирды тоже стоят. Но тогда их складывали изможденные, голодные, измученные побоями пленные и женщины, которые в большинстве своем тут и нашли свой печальный конец. Лежат безвестные, безымянные, не отпетые в церкви, не оплаканные близкими, в болотных ямах и чудовищном рву у лагеря».

«И вдруг мы увидели высокие, могучие дубы и догадались, что такими  стали те маленькие саженцы, что высадили здесь когда-то пленные красноармейцы. Они говорили : «Нас уничтожат, так хоть эти деревца сохранят о нас память». Провидческими оказались те слова. Единственным напоминанием о безвинно замученных служат эти дубы «острова «Великий».                                                                      

Они, да временный памятник, сложенный бывшими узниками из старого  кирпича:  « Из ржавой проволоки и обломков кирпича сооружен был нами под березой небольшой памятник жертвам Остерского концлагеря заготовки торфа».